Коронат хотя не знал, что такое затеял друг его, однако принял такое же положение и глядел туда и сюда, смотря по оборотам головы Никаноровой. Наконец сей последни..
А твой фаворит, Тимоша, стал теперь таким Тимофеем, что ты себе представить не можешь. Ты тогда боялся за его здоровье и предсказывал ему чахотку; а посмотрел б..
"К тому все и шло", -- подумали оба. Для Блена это была единственная возможность прояснить ситуацию, а для Гредзинс..
Донна Мария Поверь, тебя я не глупее, потому, Что уж за третьим мужем, опытность Рассудок заменяет, знаю, как Несчастливы супружества, когда Муж и жена не равны состояньем.
Эмилия Неужели умершие мужья Рассудку придают?..
Донна Мария (будто не слыхав) Звонят к обедне!
Эмилия Звонят! (В сторону.) а он все не приходит.
Донна Мария Взяла ли ты молитвенную книжку?..
Эмилия Ах! позабыла, (берет со стола) о! как долго!..
Фернандо входит. Донна Мария не видит его, выходит в дверь. Эмилия из-под мантельи, следуя за мачехой, роняет записку. Фернандо, глядевший вслед за нею, подымает.
Фернандо (открывает) "Я знаю, что батюшка слышал об нашей любви и о твоем намерении жениться на мне. Он тебе, верно, станет говорить об этом. Ради Бога, не горячись с ним: иначе мы никогда не будем счастливы".
Ты много требуешь, Эмилия! Молчание. Кто б мог подумать, что такой глупец, Такой бесчувственный... чудна природа!.. И это милое, небесное созданье. Эмилия!., нет, нет! она не дочь его. Мне скажут: благодарность! - благодарность!.. За что? - за то ль, что каждый день Я чувствовать был должен, что рожден Я в низком состоянье, что обязан Всем, всем тому, кого душою выше, За то ли, что ломоть вседневный хлеба, Меня питавший, должен был упреком Кольнуть мое встревоженное сердце?.. За это благодарность от меня? О, лучше бы от голода погибнуть, Чем выносить такие укоризны!.. И как он мог узнать мои желанья! странно!.. Но что ни будь, а даже для нее Малейшей не стерплю опять обиды! полно! Любовь возьмет свое... но не теперь... Алварец входит тихими шагами и садится в кресла. Какой же гордый вид, как будто в нем Соединилися все души предков; (обращаясь к портретам) О вы! вы, образы людей великих Своею мудростью и силой, Скажите мне, ужель гниющие, Немых гробов бесчувственные жертвы Отнимут у меня мою Эмилию?.. Смешно! - я не могу себе представить, Чтоб мертвые имели предрассудки!..
Алварец Фернандо! до меня доходят слухи, Что ищешь ты войти в мое семейство!.. Безумец ты! - клянусь святою девой! -- И мысль одна, мой милый, быть мне зятем Должна казаться смертною обидой.
Фернандо Желательно, чтобы моя обида Могла вам заплатить за ваши...
Алварец Мои обиды!.. слушай же, глупец, Что я скажу тебе, да со вниманьем.
Фернандо (насмешливо ) Как счастлив тот, кто может, оказав Добро один раз в жизни человеку, Бранить его глупцом сто раз - и каждый день!
А л в а р е ц Узнать ты должен, наконец, Кто ты! - доселе содержал я Тебя почти совсем как бы родного. Но с этих пор переменилось все! Я повторю небе, как ты попал сюда: С слугой однажды шел я из Бургоса (Тогда еще я только что женился). Уж смерклось, и сырой туман покрыл Вершины гор.
... Я, как всегда, стал громко выражать свое возмущение, и месье Соломон поддержал меня своим красивым громыхающим голосом. -- Это просто позор, -- сказал он, и я увидел в зеркальце заднего обзора, что он вздохнул. -- Жить в этом мире становится все труднее с каждым днем. И он рассказал мне, что всю свою жизнь занимался изготовлением и продажей готовой одежды, главным образом брюк. Так между нами завязался разговор. Вот уже несколько лет, как он отошел от дел и заполнял свой досуг благотворительностью -- чем больше стареешь, тем больше, оказывается, нуждаешься в других людях. Он отдал часть своей квартиры ассоциации, которая называется "SOS альтруисты-любители" -- это одна из разновидностей того, что называют Телефоном доверия. Туда можно позвонить в любой час дня и ночи, если тебе уже не под силу нести бремя жизни, если оно тебя вот-вот раздавит и ты весь во власти страхов. Набираешь нужный номер, и тебя стараются ободрить, оказывают что-то вроде моральной поддержки, если выражаться литературным языком. -- У них были финансовые затруднения, им не на что было снять помещение. Я взял их под свое крыло. Он рассмеялся, когда сказал "под свое крыло", и смех его тоже прогремел, словно вырвался из самых глубин его существа. Мы говорили о животных, которые вот-вот могли совсем исчезнуть, и это как-то само собой получилось, поскольку ему, учитывая его возраст, такое грозило в первую очередь. Я ехал очень медленно, чтобы продлить наш путь. Я уже знал такого рода ассоциацию, которая называлась "SOS Дружба", но даже не представлял себе, что существуют еще и другие, что помощь тем, кто в ней нуждается, как-то оказывается. Меня это интересовало, я понимал, что любой может впасть в подобное состояние, но мне и в голову не пришло бы позвонить в этом случае "SOS Дружбе" или любой другой ассоциации такого рода -- ведь нельзя же всю жизнь висеть на телефоне...
