Лермонтов Михаил Юрьевич
читайте также:
. Благородная шея Рылеева, которую я обнимал как шеюбрата, - по царской воле - повисла у позорного столба. Проклятие народам,побивающим своих пророков!..
Огарев Николай Платонович   
«Мицкевич. К русским друзьям»
читайте также:
Чрез гласных разумею тех сильных вельмож, кои по большей части самым простым звуком, чрез одно отверстие рта, производят уже в безгласных то действие, какое им угодно...
Фонвизин Денис Иванович   
«Всеобщая придворная грамматика»
читайте также:
Две партии _сходились_ стена на стену; один из учеников _вел килу_, медленно подвигая ее ногами, в чем с..
Помяловский Николай   
«часть 2»
        Лермонтов Михаил Юрьевич Рефераты и сочинения Вчем состоит трагизм судьбы Печорина?

Warning: mysql_fetch_array(): supplied argument is not a valid MySQL result resource in /home/u26690/data/www/lermontow.org.ru/lib.php on line 1849
Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:
Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.
Коррекция ошибок:
На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Все рефераты и сочинения

Вчем состоит трагизм судьбы Печорина?


Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее — иль пусто, иль темно,
Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
В бездействии состарится оно.
М. Ю. Лермонтов

Роман М. Ю. Лермонтова “Герой нашего времени” создан в эпоху правительственной реакции, которая вызвала к жизни целую галерею “лишних” людей. Печорин — это “Онегин своего времени” (Белинский). Лермонтовский герой — человек трагической судьбы. Он заключает в своей душе “силы необъятные”, но на совести его много зла. Печорин, по его же собственному признанию, неизменно играет “роль топора в руках судьбы”, “необходимого действующего лица всякого пятого акта”. Как же относится к своему герою Лермонтов? Писатель пытается понять суть и истоки трагизма печоринской судьбы. “Будет и того, что болезнь указана, а как ее излечить — это уж Бог знает!”
Печорин жадно ищет приложения своим незаурядным способностям, “необъятным душевным силам”, но обречен исторической действительностью и особенностями своего психического склада на трагическое одиночество. Вместе с тем он признается: “Я люблю сомневаться во всем: это расположение не мешает решительности характера; напротив... я всегда смело иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже смерти ничего не случится — а смерти не минуешь!”
Печорин одинок. Неудачей кончается попытка героя обрести естественное, простое счастье в любви горянки Бэлы. Печорин откровенно признается Максиму Максимычу: “...любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедают, как и кокетство другой”. Герой обречен на непонимание окружающих (исключением являются лишь Вернер и Вера), его внутренний мир не в состоянии постигнуть ни прекрасная “дикарка” Бэла, ни добросердечный Максим Максимыч. Впрочем, вспомним, что при первой встрече с Григорием Александровичем штабс-капитан в силах заметить лишь второстепенные черты облика Печорина и то, что “тоненький” прапорщик недавно находился на Кавказе. Не понимает Максим Максимыч и глубины страданий Печорина, оказавшись невольным свидетелем гибели Бэлы: “...его лицо ничего не выражало особенного, и мне стало досадно: я бы на его месте умер с горя...” И только по вскользь оброненному замечанию, что “Печорин был долго нездоров, исхудал”, мы догадываемся о подлинной силе переживаний Григория Александровича.
Последняя встреча Печорина с Максимом Максимычем наглядно подтверждает мысль, что “зло порождает зло”. Безразличие Печорина к старому “приятелю” приводит к тому, что “добрый Максим Максимыч сделался упрямым, сварливым штабс-капитаном”. Офицер-повествователь догадывается, что поведение Григория Александровича не является проявлением духовной пустоты и эгоизма. Особое внимание привлекают глаза Печорина, которые “не смеялись, когда он смеялся... Это признак или злого нрава, или глубокой постоянной грусти”. В чем же причина такой грусти? Ответ на этот вопрос мы находим в “Журнале Печорина”.
Запискам Печорина предшествует сообщение о том, что на пути из Персии он умер. Так и не находит Печорин достойного применения своим незаурядным способностям. Повести “Тамань”, “Княжна Мери”, “Фаталист” подтверждают это. Конечно, герой на голову выше пустых адъютантиков и напыщенных франтов, которые “пьют — однако не воду, гуляют мало, волочатся только мимоходом... играют и жалуются на скуку”. Григорий Александрович отлично видит и ничтожество Грушницко-го, мечтающего “сделаться героем романа”. В поступках Печорина чувствуются глубокий ум и трезвый логический расчетВесь план обольщения Мери основан на знании “живых струн сердца человеческого”. Вызывая искусным рассказом о своем прошлом сострадание к себе, Печорин заставляет княжну Мери первой признаться в любви. Может быть, перед нами пустой повеса, обольститель женских сердец? Нет! В этом убеждает последнее свидание героя с княжной Мери. Поведение Печорина благородно. Он пытается облегчить страдания полюбившей его девушки.
Печорин, вопреки собственным утверждениям, способен к искреннему, большому чувству, но любовь героя сложна. Так, чувство к Вере с новой силой пробуждается тогда, когда возникает опасность навсегда потерять ту единственную женщину, которая поняла Григория Александровича совершенно. “При возможности потерять ее навеки Вера стала для меня дороже всего на свете — дороже жизни, чести, счастья!” — признается Печорин. Загнав коня на пути в Пятигорск, герой “упал на траву и, как ребенок, заплакал”. Вот она — сила чувств! Любовь Печорина высока, но трагична для него самого и гибельна для тех, кто его любит. Доказательство тому судьба Бэлы, княжны Мери и Веры.
История с Грушницким — иллюстрация того, что незаурядные способности Печорина тратятся впустую, на цели мелкие, ничтожные. Впрочем, в своем отношении к Грушницкому Печорин по-своему благороден и честен. Во время дуэли он прилагает все усилия, чтобы вызвать в противнике запоздалое раскаяние, пробудить совесть! Бесполезно! Грушницкий стреляет первым. “Пуля оцарапала мне колено”,— комментирует Печорин. Переливы добра и зла в душе героя — большое художественное открытие Лермонтова-реалиста. Перед дуэлью Григорий Александрович заключает своеобразную сделку с собственной совестью. Благородство сочетается с беспощадностью: “Я решился предоставить все выгоды Грушницкому; я хотел испытать его; в его душе могла проснуться искра великодушия... Я хотел дать себе полное право не щадить его, если бы судьба меня помиловала”. И Печорин не щадит противника. Окровавленный труп Грушницкого скатывается в пропасть... Победа не доставляет Печорину радости, свет меркнет в его глазах: “Солнце казалось мне тускло, лучи его меня не грели”.
Подведем итоги “практической деятельности” Печорина: из-за пустяка подвергает свою жизнь серьезной опасности Азамат; гибнут от руки Казбича красавица Бэла и ее отец, а сам Казбич лишается своего верного Карагеза; рушится хрупкий мирок “честных контрабандистов”; застрелен на дуэли Грушницкий; глубоко страдают Вера и княжна Мери; трагически кончается жизнь Вулича. Что же сделало Печорина “топором в руках судьбы”?
Лермонтов не знакомит нас с хронологической биографией своего героя. Сюжет и композиция романа подчинены одной цели — углубить социально-психологический и философский анализ образа Печорина. Герой предстает в разных повестях цикла одним и тем же, не меняется, не эволюционирует. В этом — признак ранней “омертвелости”, того, что перед нами действительно полутруп, у которого “царствует в душе какой-то холод тайный, когда огонь кипит в крови”. Многие современники Лермонтова пытались ограничить все богатство образа одним качеством — эгоизмом. Белинский решительно защищал Печорина от обвинений в отсутствии высоких идеалов: “Вы говорите, что он — эгоист? Но разве он не презирает и не ненавидит себя за это? Разве сердце его не жаждет любви чистой и бескорыстной? Нет, это не эгоизм...” Но что же это? Ответ на вопрос дает нам сам Печорин: “Моя бесцветная молодость прошла в борьбе с самим собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца; они там и умерли...” Честолюбие, жажда власти, желание подчинить своей воле окружающих овладевают душой Печорина, который “из жизненной бури... вынес только несколько идей — и ни одного чувства”. Вопрос о смысле жизни остается в романе открытым: “...Зачем я жил? Для какой цели я родился? А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначенье высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные... Но я не угадал этого назначенья, я увлекся приманками страстей, пустых и неблагодарных; из горнила их я вышел тверд и холоден как железо, но утратил навеки пыл благородных стремлений, лучший цвет жизни”.
Пожалуй, трагизм судьбы Печорина связан не только с социальными условиями жизни героя (принадлежность к светскому обществу, политическая реакция в России после разгрома восстания декабристов), но и с тем, что изощренная способность к самоанализу и блестящее аналитическое мышление, “бремя по-знанья и сомненья” приводят человека к утрате простоты, естественности. Даже врачующая сила природы не в состоянии исцелить мятущуюся душу героя.
Образ Печорина вечен именно потому, что не исчерпывается лишь социальным. Печорины есть и сейчас, они рядом с нами...
И душа на простор вырывается
Из-под власти кавказских громад —
Колокольчик звенит-заливается...
Кони юношу к северу мчат...
В стороне слышу карканье ворона —
Различаю впотьмах труп коня —
Погоняй, погоняй! Тень Печорцна
По следам догоняет меня...
Это строки из замечательного стихотворения Я. П. Полонского “На пути из-за Кавказа”.


Тем временем:

... Не надо также пэй визит
какой-нибудь старухе еврейке в ее шопе и сажать ее верхом на кассу, выгребая
у нее на глазах дневную выручку.
Но! Как говорится, мани не главное. Хочется чего-нибудь для души.
Весь мой кодляк дресст по последней фэшн -- в черных, облегающих, как
вторая кожа, багги-уош. Приталенные куртецы без сливзов, но с огромными
накладными шоулдерами почти вдвое увеличивают размах наших далеко не хилых
плеч. А маховики у нас что надо, особенно у Кира -- так природа
компенсировала недостаток ума у этого сучьего потроха. У всех на ногах
тяжелые армейские кованые бутсы -- незаменимая вещь в файтинге.
-- Скучна-а-а! -- зевает Джоша, обводя глазами завсегдатаев "Коровяки".
Около стойки на вращающихся стульчаках сидят три герлы, но нас четверо,
а закон стаи суров: ван фор ол, и все за одного. Так что этот вариант
отпадает. Хотя жаль пропускать такой товарняк. Все герлы в потрясных
прикидах, в розово-зелено-оранжевых париках, для покупки которых им
наверняка пришлось горбатиться две-три недели. Их фейсы ярко накрашены. Рот,
щеки, радуги вокруг глаз с длиннющими наклеенными ресницами. На них черные
блестящие прямые платья, едва прикрывающие пуковые отверстия.
Стерео истерично орет. Педерастический голос певца шарахается из угла в
угол, отскакивая от стен, как вырвавшаяся из ствола пуля. Осточертевший вой
рок-стара Берти Ласки плюет в зал слова последнего хита "Падший ангел". Одна
из очаровах у стойки -- в клевом зеленом парике-- выпячивает и втягивает
живот в такт музыке.
Я чувствую, как скрытые в молоке иголки начинают покалывать где-то
внизу в штанах. Вскакиваю и ору: "Камон, камон, камон!" Потом, сам не знаю
зачем, двигаю в ухо выпавшему в осадок мэну рядом, но он этого даже не
замечает, продолжая бормотать. Ничего, он почувствует сломанную барабанную
перепонку, когда вернется из дальних странствий.
-- Куда камон? -- очнулся Джоша.
-- Все равно куда. На воздух. Лишь бы не видеть эти омерзительные рожи.
Прошвырнемся, фрэнды...

Энтони Бёрджесс   
«Заводной апельсин (пер.Е.Синельщиков)»





Лермонтов Михаил Юрьевич:

«Маскарад»

«Герой нашего времени»

«Испанцы»

«Стихотворения»

«Кавказский пленник»


Все книги



Другие ресурсы сети:

Писарев Дмитрий Иванович

Базен Эрве

Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net





Российская Литературная Сеть

© 2003-2014 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Антон Забережный. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 4.7

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу copyright@rulib.net и мы немедленно удалим указанные работы.

Информация о литературной сети
Принять участие в проекте


Rambler's Top100
Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс http://www.lermontow.org.ru/, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.