Бывало в простоте, в безмолвии вы жили, А нынче стали знать мазурку и кадрили. Ну, право, тяжкий грех, оставьте этот вздор; Смотрите, вот на вас составлен у:х собор...
Очень рад; чему обязан? Курчаев (садясь к столу на место Глумова). Мы за делом. (Указывает на Голутвина.) Вот, рекомендую. Глумов...
- А! Теперь вот как! Вы, такой молодой человек, мне напоминаете о деле, как будто я какой нерадивый мальчишка! Я решительно выжил из ума!...
Роман М. Ю. Лермонтова “Герой нашего времени”, наряду с “Евгением Онегиным” А. С. Пушкина, является одним из величайших произведений русской литературы XIX века. Произведение состоит из новелл: “Бэла”, “Максим Мак-симыч” и “Журнала Печорина”, включающего в себя повести “Тамань”, “Княжна Мери” и “Фаталист”. Они рассказывают о различных эпизодах жизни некоего Печорина. Повествование подчиняется не столько последовательности, сколько значимости событий. В первой главе “Бэла” мы видим Печорина глазами штабс-капитана Максима Максимыча. Этот человек искренне привязан к главному герою, но духовно глубоко чужд ему. Они люди не только различного социального положения и возраста, но и различного типа сознания и мышления. Образ Максима Максимыча — один из важнейших в романе, потому что он очень характерен для России того времени. Этот человек не может понять Печорина и не стремится к I этому, любя его просто как “славного малого”. Поэтому в рассказе Максима Максимыча главный герой предстает как человек таинственный и загадочный: “Ведь есть, право, эдакие люди, у которых на роду написано, что с ними должны случаться разные необыкновенные вещи”. В рассказе штабс-капитана Печорин предстает романтическим героем, встреча с которым стала одним из ярчайших событий в жизни капитана, тогда как для Печорина сам Максим Максимыч и история с Бэлой — лишь эпизод из жизни. Даже при встрече, произошедшей случайно во второй главе произведения, когда Максим Максимыч готов кинуться ему в объятия, Печорину не о чем говорить с ним: “Мне пора, Максим Максимыч...” Штабс-капитан и Печорин стоят по разные стороны баррикады, при их взаимной искренней симпатии они не понимают и никогда не поймут друг друга. Их непохожесть не случайна, разница между ними такая же, как и та, которая всегда существовала между русской интеллигенцией и народом. Третья глава, “Журнал Печорина”, — это роман в романе, состоящий из трех частей. Первая новелла частично раскрывает цель жизни Печорина, которая заключается в попытках понять, что движет людьми, постичь их психологию. Глава “Княжна Мери” состоит из дневниковых записей главного героя. На водах Печорин встречает своего старого знакомого, юнкера Грушницкого, которого он резко критикует. Но почему главный герой так враждебно относится к юнкеру? Я думаю, потому что Печорин постоянно испытывает тоску, хотя и старается скрыть ее, а Грушницкий, наоборот, по природе веселый, не знающий скуки человек, это и злит главного героя, заставляя ненавидеть юнкера. А вот новый знакомый Печорина, доктор Вернер, очень интересен ему. Вернер в чем-то близок главному герою, понимает его проблемы, но во многом и чужд ему. История их взаимоотношений — это история несостоявшейся дружбы людей, духовно и интеллектуально схожих. Невозможность их дружбы Печорин объясняет так: “Я к дружбе неспособен: из двух друзей всегда один раб другого”. На протяжении всего романа у Печорина не находится ни одного друга, но он приобретает множество врагов. Почему же все так складывается? Я думаю, потому что Печорин не стремится добиться чьей-то дружбы, хотя для него это не составило бы труда, зато, сам того не понимая, наживает себе врагов. Главный герой играет роль наблюдателя и действующего лица одновременно. Ему мало просто наблюдать характеры людей, он сталкивает их друг с другом, заставляя их души раскрываться и проявляться в полной мере: любить, ненавидеть, страдать. Именно это заставляет людей, над которыми он “экспериментирует”, недолюбливать и даже ненавидеть его.
Тем временем:
... Не можно никогда науки презирать, И трудно без нея нам правду разбирать. Мне мнится, на слепца такой судья походит, Младенец коего, куда похочет, водит. На то ль кому судьба высокий чин дала, Чтоб он подписывал, подьячий вел дела? Такою слабостью умножатся нам нищи, Лишенны им навек своей дневныя пищи. Подьячий согрешит или простой солдат: Один из мужиков, другой из черни взят, А во дворянстве всяк, с каким бы ни был чином, Не в титле — в действии быть должен дворянином, И непростителен большой дворянский грех. Начальник, сохраняй уставы больше всех! Дворянско титло нам из крови в кровь лиется; Но скажем: для чего дворянство так дается? Коль пользой общества мой дед на свете жил, Себе он плату, мне задаток заслужил, А я задаток сей, заслугой взяв чужею, Не должен класть его достоинства межею. И трудно ли сию задачу разрешить, Когда не тщимся мы работы довершить, Для ободрения пристойный взяв задаток, По праву ль без труда имею я достаток? Судьба монархине велела побеждать И сей империей премудро обладать, А нам осталося во дни ея державы Ко пользе общества в трудах искати славы. Похвален человек, не ищущий труда, В котором он успеть не может никогда. К чему способен он, он точно разбирает: Пиитом не рожден, бумаги не марает, А если у тебя безмозгла голова, Пойди и землю рой или руби дрова, От низких более людей не отличайся И предков титлами уже не величайся. Сей Павла воспитал, достойного корон, Дабы подобен был Екатерине он; С Спиридовым валы Орловы пребегают И купно на водах с ним пламень возжигают; Голицын гонит рать, Румянцев — наш Тюренн, А Панин — Мальборуг у неприступных стен; Подобно Еропкин в час бдения не дремлет, И силу дерзкия Мегеры он отъемлет...
